Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Лукашенко накормил борщом нормандскую четвёрку (видео)

15 февраля 2015
1 950

Лукашенко накормил борщом нормандскую четвёрку

Кем стал для Запада Александр Лукашенко, "последний диктатор Европы"? Означает ли его общение с Меркель и Олландом конец евроблокады Белоруссии?  Не соберется ли он теперь на Запад? Об этом президент Белоруссии рассказал в интервью "Вестям в субботу".

- Александр Григорьевич, одна протокольная загадка. Как на саммите в Минске вы расставили флаги? То, что белорусский — первый,  — это разумно, страна-хозяйка. А дальше — Россия, Германия, Франция. Не по алфавиту.

- У нас — одна женщина и два президента. Главные действующие лица. А мы с Петром  Порошенко — фигуры, так сказать, равновеликие.

- То есть немецкий флаг был посередине из-за Ангелы Меркель?

- Да. Ангела Меркель — одна женщина на саммите, она и должна быть в центре.

-  А российский с белорусским потому, что союзные государства?

- Мы же друзья!

-  Последним главой германского государства, побывавшим на белорусской земле, был Гитлер в 1942 году, французского — Наполеон в 1812-м. Был долгий перерыв в общении с западными лидерами. Какими вам показались Меркель и Олланд?

- Честно скажу, я не ожидал, что Олланд — добряк. Интересный, добрый, очень коммуникабельный и очень, как мне показалось, осторожный человек. Что касается Ангелы Меркель, то у нее человечность идет впереди всех других качеств, которых у нее достаточно. Нельзя отрицать, что благодаря ее моторности и сговорчивости Путина добились больших результатов.

- Чем вы угощали президентов?

- Тем же, чем и вас, журналистов, на скорую руку. Люди, как обычно, хотят перекусить. Они же фактически не обедали, не ужинали накануне и не завтракали. Поэтому у нас был готов полноценный обед, по-моему, из трех блюд. Был борщ, яичница белорусская и драники. Кстати, когда Меркель уходила, она повернулась ко мне и сказала: "Спасибо вам за то, что накормили, я такой пищи вкусной еще не пробовала!"

- В 1994 году Билл Клинтон последним из западных лидеров приезжал в Белоруссию. Нынешний визит  - первый такой крупный западный визит за долгие годы.

- Это не при мне было. Это было при нашей оппозиции.

- Теперь, наладив отношения с западными лидерами, нет соблазна равновеликими отношения сделать, как с Россией?

- Я бы пока не говорил, что мы как-то наладили отношения. Я не лелею никаких надежд в этом отношении. Я абсолютно искренне и честно хочу сказать: я уже не в том возрасте, когда люди шарахаются и делают резкие повороты. Извините за нескромность, но я обладаю неким политическим опытом, а не только багажом, который тоже за плечами есть. Я уже этого насмотрелся. Я видел разные переговоры, я их вел. У меня внутренняя ситуация была такова, что мне пришлось вести подобные переговоры и подписывать их  с нашей внутренней колонной. Я  бы не назвал это оппозицией, потому что я сам от оппозиции пришел к власти. Это те люди, которые встали ко мне в оппозицию.  Я знаю, что такое ночные переговоры. К утру мы подписали договор, а потом все было уничтожено с их стороны, и я пошел на референдум к народу. Мне это все известно. Отчего сейчас у меня должна закружиться голова? От того, что мне поручили организовать это мероприятие? Я не преувеличиваю здесь роль Белоруссии и свою роль. Если вы думаете, что это причина для того, чтобы мне куда-то повернуться, то выбросьте это из головы. Этого никогда не будет. Меня и не приглашают, и там не ждут. Мы же с вами русские люди, о чем речь?! Мы с вами люди, родившиеся на одной земле, у нас с вами есть общая история, общие взгляды и, что немаловажно, как бы что не думали о наших отношениях с президентом России, мы — друзья. Не только братья родные, но и друзья. Вот из этого и исходите. Поэтому если кто-то пытается меня упрекнуть,  что я хочу хочет выйти из Евразийского Союза,  Господь с Вами, все гораздо проще. Почему этот вопрос возник? Оппозиция начала меня упрекать  в том, что мы подписали этот договор, из которого невозможно выйти. Я реагирую на это так: читайте договор. Ни одна страна не подписывает договор, из которого нельзя выйти. Поэтому если уж очень больно и тесно, то из любого договора можно выйти, в том числе из Евразийского. Меня обвинили — это привычно для меня — что я хочу выйти из этого договора. Зачем? Нам он очень выгоден. Мы видим перспективу в этом. Или какие-то другие инсинуации по поводу шарахания. Какое шарахание? 

- Спасибо вам за гостеприимство. Оно было очень ощутимо.

- Я очень рад, что журналистам понравилось. Я очень рад вашей консолидации, хотя вы абсолютно разные люди. Но настолько было все нормально, что я радовался, когда журналист работает. Он где-то сел, немножко прикорнул, снова камеру в руки взял  и пошел работать.

Поделиться: