Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Путин и Лукашенко 9 сентября начнут главный торг года

8 сентября 2021
1 951

Путин и Лукашенко 9 сентября начнут главный торг года

Союзная программа по созданию единого с Россией рынка газа готова. Об этом в эфире государственного телеканала «Беларусь 1» заявил первый вице-премьер Белоруссии Николай Снопков.

В основе программы, по его словам – «определение в следующем году однозначных, понятных обеим сторонам принципов и подходов к функционированию объединенного рынка газа».

Зампред белорусского правительства отметил, что сейчас цена на российский газ для Минска в размере 128,5 долларов за тысячу кубометров – «лучшая по сравнению со всеми странами СНГ и по сравнению Европейским союзом». Такую цену он назвал «комфортной», заметив, однако, что «рынок волатилен». Поэтому многое зависит от ситуации на нем.

Снопков подчеркнул, что дальнейшие принципы формирования цены на газ в рамках Союзного государства властям двух стран еще предстоит определить. Речь, как он пояснил, идет о некой формуле, по которой эта цена на общем рынке будет рассчитываться так, чтобы она оставалась для Белоруссии на комфортном уровне.

Первый вице-премьер сообщил, что на данный момент между Минском и Москвой консенсус найден по всем 28 союзным программам интеграции, работа над которыми ведется с декабря 2019 года.

«Мы вышли на финишную прямую. Я очень надеюсь, что президенты двух стран в ходе встречи 9 сентября оценят нашу работу: готовы ли программы к подписанию в том виде и в тех конструкциях, в которых они на данный момент представлены правительствами», – приводит его слова ИА «БелТА».

Напомним, 9 августа в ходе «Большого разговора с президентом» Александр Лукашенко заявил, что Москве и Минску осталось согласовать лишь одну дорожную карту по интеграции, которая касается природного газа. При этом он отметил, что Белоруссия не просит низких цен, а хотела бы «цен равных».

До 31 августа программа единого рынка газа из-за разногласий сторон в механизме ценообразования оставалась несогласованной. Что подтвердил посол Белоруссии в РФ Владимир Семашко.

И вот теперь белорусские власти говорят о «финишной прямой»…

Но значит ли это, что сторонам удалось достичь какого-то компромисса?

Здесь будет нелишним вспомнить июльские переговоры между лидерами двух стран в Санкт-Петербурге, на которых Лукашенко было обещано, что цена на газ для Белоруссии в 2022 году не будет индексирована и сохранится на уровне текущего года – т.е. составит 128,5 долларов за тысячу кубометров. Кроме того, по словам пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова, стороны пришли к соглашению по объему кредитной поддержки в связи с налоговым маневром. О каком именно объеме идет речь, он не уточнил.

Интересно, что примерно за год до этого Лукашенко выражал недовольство, что Россия продает республике газ дороже, чем странам Евросоюза. В частности, Германии, которая платила за тысячу кубометров 70 долларов в то время, когда в Белоруссию он поставлялся по 127 долларов. Лукашенко называл это несправедливым, и требовал цены на газ «как в Смоленске».

Что в итоге может представлять собой единый газовый рынок, «СП» рассказал ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович:

– Со времен Ельцина, наверное, мы слышим от белорусской стороны заявления, что все документы по интеграции согласованы и вот-вот будут подписаны. Я сам помню, как этой весной тот же Семашко говорил, что почти все дорожные карты одобрены, осталась пара недель – будут приняты. Но прошла весна, прошло лето, наступила осень – эти документы до сих пор не подписаны.

Может ли это произойти? Конечно. Вопрос все тот же: готов ли Лукашенко не на словах, а на деле согласиться на дополнительный уровень интеграции.

Потому что до сегодняшнего момента он пытался всячески отстраниться от этого процесса и срывал эту интеграцию годами.

Он ответственен за то, что у нас до сих пор не появилась единая валюта, нет единого гражданского и налогового кодексов. Белорусские предприятия российскому бизнесу он тоже продавать отказывался.

При этом Александр Григорьевич упорно хочет, чтобы цена на газ, который продается в Белоруссию, были такими же, как в Смоленской области России.

«СП»: – Как главу не очень богатого ресурсами государства его можно понять…

– Но в России для разных регионов и разных потребителей цены тоже различаются. Некоторые регионы Россия субсидирует, в их числе и Смоленская область. И Лукашенко почему-то хочет платить за газ, как жители российской дотационной области. Она, мол, соседняя.

Но он же не соглашается на более глубокую интеграцию, значит, мы не являемся единым государством. У нас уровень интеграции реально меньше, чем в ЕС, например.

Поэтому мне совершенно непонятно, с какой стати мы должны продавать товар чужому потребителю по такой же цене, как продаем своему. Если бы белорусский лидер в свое время пошел на интеграцию, ответ был бы понятен: вы идете на интеграцию, мы даем скидку. Но ведь этого не происходит.

Что такое вообще единый рынок, по-хорошему?

В мире ведь есть опыт других интеграционных образований, которые проходили весь этот процесс.

Вот что это значит: я – производитель в стране «икс» могу приехать в страну «игрек» и продать там свой товар местному покупателю примерно так же, как продаю в своей стране.

Так, в Москве, например, вы сможете купить белорусскую сметану за те же деньги, как она продавалась бы в Гомеле или Минске. Вот это единый рынок. То же самое газ: «Газпром» приходит в Белоруссию и напрямую продает его какому-нибудь промышленному предприятию. Сейчас он этого сделать не может.

«СП»: – Почему?

– Потому что существует белорусское предприятие «Белтопгаз», принадлежащее правительству Белоруссии, которое покупает газ у «Газпрома», и дальше с очень большой наценкой перепродает его местным белорусским потребителям.

Вот вам аналогия – где сметана, а где газ…

Там множество еще историй.

Лукашенко отказался продавать заводы машиностроительные России. Сделал вид, что в условиях конкуренции с Европой и Китаем, они как-то самостоятельно выживут, что, я думаю, просто смешно.

Я уж не говорю, что он отказался признавать Крым частью России, и даже авиасообщение с полуостровом отказался установить. Южную Осетию с Абхазией не признал. И никакой, даже символической помощи в Сирии, не оказал.

В этих условиях мне совершенно непонятно, почему мы должны делать какие-то скидки. Ему надо радоваться, если цена останется на том же уровне, который есть сейчас. Это намного меньше, чем в Европе, где она составляет уже 600 долларов за тысячу кубометров.

«СП»: – Белорусский зампред и назвал ее поэтому «комфортной»…

– Еще бы. А я напомню, что в начале лета 2020 года, до начала уличных протестов, у Лукашенко с удовольствием рассказывали, как они найдут альтернативу российской нефти. Говорили, что станут покупать американскую нефть, которая будет проходить через Литву.

И газ собирались покупать в Европе. Звучали даже заявления о развороте на реверсный режим работы газопровода «Ямал – Европа». А разворот, вообще-то, колоссальное событие – мы же по нему газ в европейские страны поставляем.

Потом все эти разговоры как-то сошли на «нет». Больше обсуждались уже сюжеты протестов, и как Россия помогла Лукашенко удержать власть.

Но что в итоге мы опять имеем? Прошел год с тех пор, интеграционные документы до сих пор не подписаны.

«СП»: – В четверг, 9 сентября, Александр Григорьевич прилетит в Москву на переговоры к Владимиру Путину, вот тогда они вместе и подпишут…

– Давайте, дождемся четверга и посмотрим, что они подпишут. До сих пор все эти заявления ничем не заканчивались. Если, наконец, российская сторона сумела подвигнуть Лукашенко на конкретные действия, то тогда честь и хвала нашей дипломатии. Но давайте не торопиться…

Что касается перенаправления белорусских грузов на российские порты, то история эта годами длилась. И вместо того, чтобы реально взять все и перенаправить, надо было дождаться, когда клюнет жареный петух – пока Литва не начнет уже вводить ограничения на белорусский экспорт через свои морские терминалы.

А почему бы раньше этого не сделать? Нет, говорили, «это для нас будет дороже, пусть Россия дает скидки».

Кстати, скидки мы через тариф РЖД давали. Видимо, этого было мало.

Хотя, казалось бы, чего бы раньше не перевести, зачем надо было дожидаться самого края и торговать с Литвой, которая, по словам Лукашенко, хочет его свергнуть. Это очень странно.

И меня, конечно же, очень поразила история с интервью, которое министр иностранных дел Белоруссии Владимир Макей дал пару месяцев назад газете «Коммерсант». На вопрос об интеграции он там заявил, что «у нас векторов много, около 170 – это все страны, с которыми Белоруссия имеет экономические связи».

Ничего себе. То есть, Россия, это одна из ста семидесяти стран, с которой Белоруссия просто торгует. При таком подходе, наверное, пусть другие страны и спонсируют Лукашенко, и кредиты ему дают.

«СП»: – Но от интеграции ведь он не отказывается…

– Да, только процесс идет с 90-х годов. И, если верить изначальному плану, то интеграции у нас давным-давно должно быть больше, чем в Евросоюзе. Однако уровень интеграции, условно говоря, между Францией и Германией сейчас гораздо выше, чем уровень интеграции между Россией и Белоруссией.

Сколько еще это можно все согласовывать?

На самом деле, очевидно же, почему Лукашенко этого не делал. Он привык сидеть на двух стульях. И пытался всегда пугать Европу сближением с Россией, а Россию – сближением с Европой. Потому и этого Макея не увольняет демонстративно. И Крым не признает.

Понятно, он хочет дать понять той же Европе, что «не надо вводить против меня слишком сильные санкции, еще неизвестно, что я будут подписывать, а что не буду подписывать с Россией».

Обратите внимание, что санкции ЕС, которые были введены пару месяцев назад, оказались относительно мягкими, по сравнению с тем, что предполагалось. Многие уверяли, что белорусской экономике придет конец. На самом деле, в этих документах, было написано, что основные калийные удобрения и основные нефтепродукты не попадают под ограничения. Попадают только второстепенные.

То есть, основной экспорт белорусский нефтепродуктов и калийных удобрений, он сохраняется. Европейский союз по-прежнему все это покупает.

И Лукашенко, естественно, понимает, что ЕС с ним тоже слишком сильно рвать не хочет. И посылает туда сигналы: «Я не подписал с Москвой никакие документы, я не поступился суверенитетом ни на грамм».

Хотя опыт Евросоюза как раз показывает, что там движение к большему благосостоянию для населения, бизнеса и экономики шло именно через ограничение суверенитета. И – да, страны ЕС частично им пожертвовали.

В Минске этого не хотят категорически. Но хотят газ дешевый и, желательно, еще кредиты, которые потом можно будет не отдавать..

Поделиться: